Человек-бензопила. Фильм: История Резе

Дождь, начавшийся внезапно, словно сама судьба решила вмешаться в планы Дэндзи. Он стоял под навесом, мокрый и разочарованный, ведь долгожданная встреча с Макимой, женщиной, которую он боготворил, вновь не состоялась. Вода стекала по асфальту, унося с собой обрывки его наивных мечтаний о простом человеческом счастье – свидании, разговоре, может быть, даже объятиях. Именно в этот момент отчаяния его взгляд упал на освещенное окно соседнего кафе, а затем на девушку, которая, казалось, ждала его. Резе, барменша с тихой улыбкой, предложила ему укрыться внутри, и этот простой жест доброты стал первым лучом света в его сумрачном существовании. Их разговор, лишенный привычного для Дэндзи напряжения и борьбы, тек легко и непринужденно. Она не требовала от него подвигов, не смотрела как на инструмент, а видела просто промокшего юношу. В этой беседе за чашкой кофе крошечная частица нормальной жизни, о которой он так отчаянно грезил, вдруг стала осязаемой. Возвращение к повседневности после встречи с Резе окрасилось новыми, противоречивыми чувствами. Привычный цикл – охота на демонов по приказу государственной организации, скудные радости в виде пачки сигарет или куска дешевой колбасы – вдруг показался ему еще более убогим и бессмысленным. Мысли о Макиме, ранее заполнявшие все его существо, теперь стали соседствовать с воспоминанием о спокойном голосе и понимающем взгляде девушки из кафе. Дэндзи, чья жизнь была определена договором с демоном-собакой Почитой и волей начальства, впервые начал задумываться о выборе, который принадлежал бы лично ему. Эта внутренняя метаморфоза происходила на фоне все более опасных миссий и растущей угрозы со стороны могущественных демонов, но теперь в его сердце, помимо слепого стремления выжить и угодить Макиме, зародился крошечный, но собственный интерес к миру. Он начал замечать простые вещи: вкус еды, которую ему готовили не по обязанности, цену невынужденной улыбки, тепло человеческого участия. Эта хрупкая нить, связавшая его с Резе, стала для Дэндзи не только символом иной, мирной жизни, но и точкой опоры в его кровавой реальности, заронив в его душу первые сомнения и вопросы о том, что же на самом деле он хочет получить от этого жестокого мира, помимо обещанных когда-то примитивных радостей.